Jump to content

Введите пароль или зарегистрируйтесь

Авторизация
Ваш логин:У меня нет логина!Ваш пароль:Я забыл пароль!

Ау, читатель!

«Читатель ХХI века: портрет на фоне эпохи» - под таким названием в рамках Санкт-Петербургского книжного салона «Время читать!» прошел очередной Международный научный семинар, продолживший традицию междисциплинарных дискуссий в области феномена массовой литературы и чтения.

Оптимизированный в духе времени регламент заставил участников отказаться от пространных теоретических спекуляций и формулировать свое понимание предельно конкретно. Эта лаконичность особо рельефно высветила многогранность проблемы и неразрывную взаимосвязь собственно эстетической, искусствоведческой проблематики с рыночными реалиями и инструментами: маркетингом, рекламой, PR... В выступлениях и дискуссиях естественно и непринужденно сочеталось ранее не сочетаемое: качество текста и качество книги как рыночного продукта, система ценностей читателя и инструментарии ее изучения, сегментирование рынков и содержание сочинений учащихся...

«Читать или не читать»,- с этого риторического вопроса начала профессор Темперского университета И.Савкина (Финляндия). Что читать, и что делать с тем, что определенные текстовые форматы, «большие жанры» - классический роман, например, оказываются просто не под силу современной аудитории, и не только молодежной. И надо ли что-то с этим делать? Может, мышление изменилось, стало каким-то невербальным ? «Если невербальное - то это уже и не мышление»,- возразил С. Басов, заведующий отделом РНБ. Но есть серьезная проблема, например, как вписывается в продекларированную государством (например, в интервью В. Суркова) систему координат: материальный успех, свобода, справедливость - чтение , есть ли место культуре чтения и чтению вообще в этой новой государственной триаде?

«Чтение не прошло, оно - видоизменилось», - не теряет оптимизма известнейший исследователь детского и юношеского чтения профессор СПб АППО Т.Г.Браже. Другое дело, что многолетние данные изучения чтения в учительской среде показывают печальную истину: те, кто должен быть читательской элитой и лидерами чтения, таковыми не являются. Учителя читают мало, например, учителя - словесники читают меньше учителей иностранных языков... Учителя не являются лидерами чтения, они читают как все. Но ситуация здесь меняется: во-первых, по крайней мере в Питере, учительская среда стала читать больше. Во-вторых, серьезно меняется мотивация к чтению: все чаще главенствует мотив: «Читать, чтобы быть в мире с другими и с собой. Я в мире и мир вокруг меня - это главное». Хотя, естественно, прагматические мотивы главенствуют. Поэтому очень редок высший уровень читательской мотивации: понимание себя как личности в том числе через чтение. Ну и наконец, все же большинство читателей идут к чтению за радостью, а вот с ней-то у современной литературы огромные проблемы - она в большом дефиците.

Представители вузовской науки приводили результаты исследований в различных российских регионах и в разных социальных стратах, пытаясь определить новое место книги и чтения в картине мира современного человека. Проф. М.Литовская (УрГУ) констатировала, что классику сегодня читает не более 9% читателей (учитывая, что по усредненным данным около 46-48% нашего населения не читает вообще). Из них половина - школьники - читающие классику не как художественный текст, а как учебник, по которому предстоит сдавать экзамен. Поэтому обобщенная реакция на классический текст школьной программы типичного школьника: «Ужас!». Два фактора порождают этот эмоциональный негатив: классикой перекормлены, функциональная неграмотность принимает угрожающие размеры. «Ну как можно читать «Недоросля»? - возмущается ученик 9 класса,- Там перед каждой строчкой почему-то написаны фамилии...» Ужас перед классикой культивируется, насаждается и воспитывается начетнической системой ее изучения.

Пугающая или веселящая - в зависимости от вкуса слушателя - путаница в именах, датах, народах, персонажах поневоле читающей, то есть учащейся, молодежи была представлена в результатах исследований, проведенных в рамках магистерского спецкурса «социологи литературы» М.Черняк. Но и здесь есть, все же, островок незыблемого знания! Ни один из респондентов не ошибся в атрибутации басни «Ворона и Лисица» - авторство И.А.Крылова оказалось очевидным для 100% опрошенных. В отличие от «Одиссеи», «Старик и море», «В круге первом», «Божественной комедии»... Ни Шекспир, ни Пушкин, ни Данте, ни Солженицын, ни Хемингуэй с Сэлинджером не оставили столь неизгладимого и четкого следа в сознании молодежи как наш великий баснописец. ..

Рост напряжения в отношении между юными и не очень читателями и классическими текстами очевиден не только ученым, но и издателям. И многие пытаются преодолеть этот антагонизм через актуализацию классики.. Об одном, направленном на это проекте рассказал писатель и главный редактор старейшего частного издательства Санкт-Петербурга «Лимбус- Пресс» Павел Крусанов. Идея издательства, реализация которой находится в подготовительной стадии, заключается в том, чтобы попытаться сделать классика современником читателя посредством писателя-современника. Не имеющий пока названия проект предполагает, что авторы современной литературы пишут об авторах классиках. Каждый - по одной главе о своем герое, и все это составляет «учебник» нового типа. Такой по определению талантливый перевод с классического на современный. При этом задача автора статьи - отразить момент собственного открытия автора-классика. 38-39 авторов, уже давших согласие на участие и приступивших к работе: А. Битов, Е. Попов, Л. Петрушевская, Д. Быков, Л. Улицкая, С. Шаргунов и другие.... П. Крусанов уверен, что такое дополнение к традиционным учебникам вызовет интерес и педагогов, и учеников. Расширит степень участия живого литературного процесса в школьной практике.

Идея вызвала оживленную дискуссию. Проф. Г. Тульчинский предложил - уж если продвижение классики в сознание современников становится самоцелью - не ограничиваться писателями и использоваться в качестве промоутеров персонажей из мира спорта и шоу бизнеса: «Игроки «Зенита» о классике», «Герои «Дома-2» о классике» и т.д. ироничное предложение тут же было подхвачено вполне всерьез: «Аршавин «Мой Достоевский», «Д. Бэкхем «Великая литература в моей жизни»....

На вопрос из зала о том, кто же из классиков оказался наиболее востребован и за кого из представителей литературного пантеона шла наиболее упорная борьба среди потенциальных авторов, П.Крусанов ответил «За Гончарова и Лескова».

Судьбы современной российской словесности, при всей ее ориентированности на рынок, также в своем подавляющем большинстве оптимизма не внушают. Причем не только в границах своего отечества. О сложностях продвижения современных российских авторов за рубежом поведала переводчица русской литературы на шведский язык, журналистка из Финляндии Кристина Роткирх. Русская классическая литература всегда пользовалась любовью и уважением в скандинавских странах, и от постсоветской России ждали новых имен и новых текстов величины Достоевского и Булгакова. Но вместо них появились Рыбаков, Дудинцев.. Это было какое-то время интересно, но с точки зрения литературы очень традиционно... Интерес к российской словесности стал резко угасать. Когда К.Роткирх выпустила шеститомную антологию современной русской прозы, отзывы критики были позитивными, но продажи - ужасными. И сегодня в центральных книжных магазинах Хельсинки если что-то и можно найти из современной российской словесности, то это избранные тексты Петрушевской, Садур, Улицкой... Опять-таки и к ним интерес очень невысок - ничего нового ни критика, ни читатели в них не нашли. Пожалуй, единственное произведение, вернувшее интерес и критики, и читателя - «День опричника» В.Сорокина... В нем увидели именно новую литературу. Формула успеха в принципе проста - у всех мировых бестселлеров очевиден примат общечеловеческого, ясность стиля и упругость сюжета - но всего этого очевидно не хватает современной российской словесности.

Издательства пытаются актуализировать литературу и чтение по-разному. «Эксмо», например, создало «литературную студию для пишущих детей, которой руководит известный писатель Владимир Сотников. А вот теперь уже далеко шагнувшая за городские пределы питерская книжная сеть «Буквоед» последовательно и настойчиво пытается сделать книжный магазин значимым и привычным локусом повседневного быта современного горожанина. Основной задачей маркетологов «Буковоеда», - по словам его генерального директора Д.Кротова, - становится отвоевание и закрепление места книжной территории в топосфере современника как естественного «третьего» пространства: между домой и работой. Книжное пространство, организованное внутри торгового центра, это и библиотека, и клуб, и собственно книжный магазин. Успешный книжный магазин не может быть просто логистическим центром. Скорее это формат «Книжного клуба», работающего 24 часа, включающего в себя и сцену, где проходят выступления, и зал, и кофейню, и детские комнаты, где под присмотром специалистов могут провести время дети, пока их молодые родители участвуют в книжной клубной жизни. Содержание проводимых в сети мероприятий стремится к максимальному разнообразию: это традиционные встречи с авторами, но это и детские спектакли, интеллектуальные игры и многое другое. Свой событийный ряд выстраивается для любителей литературы «нон-фикшн». Тут и сотрудничество с деловыми изданиями, такими как «Наши деньги», проведение серии учебных семинаров и консультаций. Спектр мероприятий «на книжной территории» адекватен миру литературы и его содержанием может стать вся жизнь в ее многоцветии. Основная проблема в производстве такого рода услуг - не нехватка средств, а обилие альтернативных бесплатных ТВ- предложений... И конечно, сложности контента - «создание качественного наполнения событийных потоков». Ежемесячно в сети «Буквоед» проводится примерно 100 разноформатных мероприятий. Наполняемость - от 20 до 500 человек. В среднем, на одном мероприятии участвует около 50 человек. Есть очень немногочисленные случаи полного отсутствия интереса к мероприятию, но успешных событий куда больше. Естественно, встает вопрос о их эффективности. Буквального ответа дать невозможно. Да задача окупаемости каждого мероприятия в сети и не стоит. Событийный маркетинг призван решать стратегические задачи.

Настроения писателей выразили Татьяна и Владимир Сотниковы - активные участники различных проектов по продвижению книг и чтения - интерес среди молодежи к чтению, литературному творчеству все же начинает расти. И этот интерес должен быть своевременно подхвачен и усилен. Даже издатели и редакторы толстых литературных журналов, на протяжении десятилетий вовсе игнорировавшие такое явление как читатель, начинают крутить головами в его поисках. По словам главного редактора «Континента» Е. Ермолина, толстые литературные журналы традиционно не склонны к рефлексии по поводу того, кто их читатель. Толстые журналы как бы полагают, что наш читатель - идеальный читатель - тот, кто любит нас и публикуемых нами авторов. И никакого другого искать не собирались, да, пожалуй, и не собираются. Потому что все остальное - это не настоящие читатели. К сожалению или радости, но искать своего читателя придется.

И еще одно. Неоднократно звучавшие в ходе семинара отсылки к недавно опубликованному исследованию Б. Дубина и Н. Зоркой «Чтение в России-2008: тенденции и проблемы», показали, что хотя с полученными данными практически все участники - и социологи, и маркетологи, и издатели - согласны, но вот с интерпретацией полученных данных полностью или частично не согласен практически никто. Правда, по разным причинам. М. Илле, редактор журнала «Телескоп», ведущий исследователь Социологического научно-исследовательского центра (СНИЦ), отмечает, что многолетние - с 2001 года - исследования чтения в Санкт-Петербурге - не подтверждают катастрофического падения интереса к чтению. Нет снижения интереса к книге и в молодежных аудиториях. В прочем, нет и альтернативы: книжный магазин или библиотека. Как правило, аудитории и библиотек, и книжных магазинов частично или полностью совпадают. Более того, те, кто посещают книжные магазины и библиотеки, имеют куда более представительную домашнюю библиотеку (в среднем 857 книг, в отличие от 450 в среднем по городу). Для человека читающего выбор магазина или библиотеки определяется, как правило, назначением искомой книги - для работы, учебы, решения конкретной задачи - библиотека.

Социология чтения нуждается в серьезном обновлении исследовательского инструментария, нужны новые методы и методики, нужны новые исследовательские гипотезы и идеи исследований. Нужна новая идеология чтения. Благая архаика, в том числе, на государственном уровне, уже далеко не безопасна. С благими намерениями провозглашаемые федеральные целевые программы крайне неэффективны как раз в силу глубоко устаревших концепций, ложащихся в их основу. Тут вообще все очень сложно. Представители Российского книжного союза наглядно продемонстрировали реальность попыток законодательного регулирования рынка: в качестве приложения к проекту закона о защите детей от информационной опасности - в части запрета на появление в текстах детских изданий нецензурной лексики - составители затребовали от экспертов весь перечень этой самой нецензурной лексики, которая не должна быть допущена до детских глаз....

Так что сложностей в мире книг и чтения более чем достаточно. Но что симптоматично и внушает оптимизм: наконец-то происходит снижение противоречий и выработка общего языка диалога между издателями, книготорговцами, авторами и исследователями... Наконец-то вырисовываются актуальные контуры проблемы: чтобы наступило время читать, читателя нужно искать...Многим заново. А уж потом холить и лелеять. Гарантируя предложение ему и качественного книжного продукта, и качественного набора услуг, его продажу сопровождающих.

Александр Чернов

Комментарий

Новое сообщение

Проверочный код 

Рассылка



Проверочный код
_SECURITY_CODE 

настройка / отписаться ]